Бундестаг — Сталинград

«Those who cannot remember the past are condemned to repeat it.»
— George Santayana

Лошадь среди руин, Сталинград, декабрь 1942 года

Лошадь среди руин, Сталинград, декабрь 1942 года

Прочитав новость о выступлении в Бундестаге наших соотечественников, а так же тексты их выступлений, стало ясно, что надо прокомментировать те тезисы и реакцию на выступление в целом. (Российско-израильский журналист, товарищ Равид Гор опубликовал у себя в блоге текст выступлений.)

Пожалуй, попробую написать в том же ключе, что и докладчики.

…Когда я услышал это выступление, я немедленно вспомнил, как искал в архиве Министерства Обороны информацию о моих дедах, воевавших во второй мировой войне. С помощью интернета я изучил документы деда Бориса Васильевича, воевавшего в Сталинграде. Нашел и двух других дедов, которые также защищали мою Родину в годы Великой Отечественной Войны.

Ранее бабушка рассказывала мне о том, как Борис Васильевич вернулся с войны, как ходил в ортопедических сапогах, как у него тряслась голова. Бабушка рассказывала мне о том, как он по здоровью жил в Латвии, о том, как он ездил в Сталинград по путёвке, возвращаясь домой в Латвию с тяжёлым чемоданом, в котором он вёз из города-героя кирпичи для музея. И многое другое рассказывала бабушка о нём и других дедах, воевавших тогда.

Во время поиска материалов у меня возникло стойкое желание посетить город-герой Сталинград. К сожалению, еще не доехал до него. Однако этим летом мы с друзьями совершили путешествие по местам боёв за Москву, по линии фронта 1941 года. Я был крайне впечатлён увиденным, так как погибло очень много невинных людей, которые хотели жить в мире. Поиск информации в архиве Минобороны не оставил меня равнодушным, потому, пока я искал всех своих родственников, воевавших в рядах Красной Армии в период Великой Отечественной Войны, мне пришлось читать документы по их тёзкам, или даже односельчанам.  Практически каждый наградной лист, особенно — относящийся к первым периодам войны — история подвига, история самопожертвования, история высшего примера (уже писал на эту тему ранее в рецензии на фильм «28 панфиловцев»). Судьбы этих людей связаны, все они составляют основу, на которой мы стоим.

Русская женщина и ее горящий дом, 1942

Русская женщина и ее горящий дом, 1942

Благодаря этому поиску я смог изучить множество документов советских солдат, многие из которых остались там, в полях моей Родины, отдав всё в тот момент, «в то сложное военное время». Я думаю, мы должны помнить о той страшной войне, чтобы не допустить новой, мы все должны помнить подвиг тех, кто остался там, кто отдал всё и ушёл в вечность, отдав жизнь «за други своя» (от Иоанна 5:13), оставив нам жизнь и пример жизни и смерти. Пример стойкости и любви.

…И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она —
Спасена.

Наши очи померкли,
Пламень сердца погас.
На земле на проверке
Выкликают не нас.

Мы — что кочка, что камень,
Даже глуше, темней.
Наша вечная память —
Кто завидует ей?

Нашим прахом по праву
Овладел чернозем.
Наша вечная слава —
Невеселый резон.

Нам свои боевые
Не носить ордена.
Вам все это, живые.
Нам — отрада одна,

Что недаром боролись
Мы за родину-мать.
Пусть не слышен наш голос,
Вы должны его знать.

Вы должны были, братья,
Устоять как стена,
Ибо мертвых проклятье —
Эта кара страшна…

— «Я убит подо Ржевом», отрывок стихотворения.
Александр Твардовский, 1945-1946.

«…Стихи эти продиктованы мыслью и чувством, которые на протяжении всей войны и в послевоенные годы более всего заполняли душу… Обязательство живых перед павшими за общее дело, невозможность забвения, неизбывное ощущение как бы себя в них, а их в себе — так приблизительно можно определить эту мысль и чувство…» — писал Александр Твардовский о своём стихотворении.

Удивительно, как может слово взывать к сердцу. Это связано, очевидно, с тем, что слово это наполнено правдой. Это чувство правды связано с совестью, состраданием. Как оно передаётся, это чувство правды? Может быть, через рассказы бабушки, через рассказы директора школы Семёна Рувимовича, прошедшего войну, не отсидевшегося в эвакуации? Может быть, через старые фотографии, пахнущие нафталином? Или через стихи? Когда учился в школе, к нам приходил Евгений Александрович Евтушенко, его приглашал наш директор, его друг, который тоже был талантливым поэтом, и, что самое важное, талантливым педагогом. Никогда не забуду, как Евтушенко читал в школьном актовом зале «Идут белые снеги», будто молитву о Родине. А на 9 мая — рассказы о войне, Семён Рувимович, цветы к памятнику воинам.

Но больше помню стихи. Особенно прочитанное тогда нам, школьникам, «Подо Ржевом». Снимая в этом году Бессмертный полк, я ещё раз убедился в том, как живо это в нашем народе. И сострадание, и любовь к ближнему, и стремление к справедливости, и самопожертвование — все это есть. Но бывает, что эти качества используют во вред нам же. Ведёт это, обычно, к саморазрушению. Роль педагога, как воспитателя, — очень важна. Школа — это не аппарат для предоставления «образовательных услуг», особенно — такого скверного качества. Каша в головах — неумение отличить добро от зла, нежелание, или неумение. Или просто глупость? Или сознательное действие? (О настоящем сострадании было написано в пронзительной статье О. Толстиковой о репрессиях.)

Советские автоматчики среди разрушенных домов во время уличных боев за Сталинград

Советские автоматчики среди разрушенных домов во время уличных боев за Сталинград

Стоит ли жалеть солдат вермахта, пришедших нас убивать 22 июня 1941 года? «Они не хотели воевать, их пригнали насильно» — этот тезис одного из докладчиков не выдерживает критики. Есть заповедь Христа: возлюби врагов своих, но это никак не относится к оправданию нацистов, пришедших на нашу землю. «Я увидел могилы невинно погибших людей, среди которых многие хотели жить мирно и не желали воевать. Они испытывали невероятные трудности во время войны», — сказал один из докладчиков, и добавил, что посещение могилы объекта его исследования, его «чрезвычайно огорчило». Возможно, изучение архива Минобороны Российской Федерации на предмет того, какой кошмар, какие «невероятные трудности» пришлось преодолеть нашим предкам, огорчило бы его сильнее, и заставило задуматься о том, что всегда надо думать и понимать, о чём и что ты говоришь. Очень важна роль преподавателей при обращении к такой тяжелой и сложной теме. Очень важно понимать, где находится та черта, за которой начинается оправдание врагов.

Среди любого народа есть прекрасные люди, например, Фриц Ганс Вернер Шменкель, коммунист, Герой Советского Союза. Он не пошёл воевать в вермахт, за что попал в тюрьму. Потом все-таки был призван, с началом войны Германии против СССР.

А уже в ноябре 1941 года Фриц Шменкель дезертировал из части и скрывался в деревне Подмошье Ярцевского района Смоленской области. 17 февраля 1942 года он был задержан немецким офицером и двумя солдатами в деревне Курганово и был сдан старосте под охрану, но в тот же день в деревню вошёл партизанский отряд «Смерть фашизму», и командир отряда, узнав о немце, забрал его. В первое время партизаны не доверяли Фрицу Шменкелю и даже хотели расстрелять его. В одном из боёв с гитлеровцами Фриц Шменкель, получив оружие, убил немецкого солдата, который вёл точный прицельный огонь по дому, в котором укрывались партизаны. После этого в отряде стали ему доверять и он получил оружие. Партизаны дали ему имя «Иван Иванович».

Отряд действовал на территории Нелидовского и Бельского районов Калининской (ныне Тверской) области и в Смоленской области. В 1944 году он был схвачен немецкими оккупационными властями и расстрелян в Минске, ему было 28 лет. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 октября 1964 года «за активное участие в партизанском движении, образцовое выполнение боевых заданий командования в годы Великой Отечественной войны и проявленные при этом геройство и мужество» гражданину Германии Шменкелю Фрицу Паулю посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

«Извини меня за беспокойство, которое я вам причинил тем, что до конца шёл по избранному пути. Но я не отказываюсь от своих дел и в последние часы моей жизни. Своему расстрелу я иду смело навстречу, так как я умираю за хорошее дело.» — написал он в одном из своих последних писем жене.

Вот может быть о таких людях стоит говорить в Бундестаге? О людях, которые боролись за свободу и справедливость, за свою свободу и свободу других, отдали за это свою жизнь?

«Для руководства нацистской Германии война против СССР была войной на уничтожение. Массовое истребление евреев и советских военнопленных, уничтожение голодом жителей оккупированных территорий, жестокие карательные операции были заблаговременно спланированными преступлениями против человечности. Эти преступления носили уникальный характер.»—пишет историк Александр Дюков, автор книги «За что сражались советские люди». Это широко известный факт, который, однако, оказывается, стоит все время напоминать.

Цитата по книге «За что сражались советские люди»:
«Вопрос о мести фашистам как-то отпал сам собой, — подводит итог Всеволод Олимпиев. — Не в традициях нашего народа отыгрываться на женщинах и детях, стариках и старухах. А невооруженных немцев-мужчин, пригодных для службы в армии, мне не приходилось встречать ни в городах Силезии, ни позже, в апреле, в Саксонии. Отношение советских солдат к немецкому населению там, где оно оставалось, можно назвать равнодушно-нейтральным. Никто, по крайней мере из нашего полка, их не преследовал и не трогал. Более того, когда мы встречали явно голодную многодетную немецкую семью, то без лишних слов делились с ней едой».
Понять — значит простить, гласит народная мудрость. Солдаты Красной Армии еще не были готовы прощать, но и мстить беззащитным людям не могли.
Разумеется, не все. Слишком многие за войну лишились всего: дома, жены и детей, родителей, друзей. И они, жившие только одной местью, не могли отказаться от нее в одночасье.
«Те, кто пострадал от немцев, у кого родные были расстреляны, угнаны, а их дома разрушены, они в первое время считали себя вправе и к немцам относиться также: «Как?! Мой дом разрушили, родных убили! Я этих сволочей буду крошить!» — вспоминал Петр Кириченко.
Однако подобные настроения были жестко пресечены военным командованием. Ответ на вопрос «кому мстить?» советское руководство сформулировало еще в далеком феврале 1942 года. Тогда в праздничной речи, посвященной очередной годовщине РККА, Сталин заявил: «Иногда болтают в иностранной печати, что Красная Армия имеет своей целью истребить немецкий народ и уничтожить германское государство. Это, конечно, глупая брехня и неумная клевета на Красную Армию. У Красной Армии нет и не может быть таких идиотских целей… Опыт истории говорит, что гитлеры приходят и уходят, а народ германский, а государство германское — остаются».
Разумеется, кроме репрессий было и воспитание: на политзанятиях солдатам вполне доступно объясняли, почему не нужно трогать мирных жителей. «Подполковник Нефедов нас предупреждал: «В этой войне пролито много крови. Но мы вступаем на территорию Германии не для того, чтобы мстить немецкому народу, а чтобы уничтожить фашизм и его армию», — вспоминал Владимир Вишневский.
Со страниц армейских газет Илья Эренбург призвал к благородному милосердию:
«Есть люди, и есть людоеды. Немцы брали детей и ударяли ими об дерево. Для воина Красной Армии ребенок — это ребенок. Я видел, как русские солдаты спасали немецких детей, и мы не стыдимся этого, мы этим гордимся.
Немцы жгли избы с людьми, привязывали к конским хвостам старух, бесчинствовали, терзали беззащитных, насиловали. Нет, мы не будем платить им той же монетой! Наша ненависть — высокое чувство, она требует суда, а не расправы, кары, а не насилия. Воин Красной Армии — рыцарь. Он освобождает украинских девушек и французских пленных. Он освобождает поляков и сербов. Он убивает солдат Гитлера, но не глумится над немецкими старухами. Он не палач и не насильник. На немецкой земле мы остались советскими людьми».

Что должно произойти, чтобы у мальчика Коли и его друзей возникло правильное представление об этом всём, раз школа откровенно вредит, а родители не понимают или не могут повлиять на ситуацию?
Может быть, стоит всем без исключения показывать «Обыкновенный фашизм», или «Иди и смотри»? Или и правда, поддержать инициативу Равида по обеспечению ново-уренгойской школы комплектом книг по теме? Есть надежда, что после прочтения хотя бы одной из них, а может быть, «Последних свидетелей» Алексиевич, что-то прояснится для них?

Архитектор, основатель и главный редактор проекта Anastasis.me.


http://anastasis.me

Все материалы автора